rss
    Версия для печати

    Я — человек, угодный богу

    Всеми любимому доктору филологических наук, профессору факультета журналистики МГУ Владиславу Антоновичу Ковалёву исполнилось бы 80 лет. Мы попросили его дочь Ирину Владиславовну Толоконникову рассказать об отце.

    Всеми любимому доктору филологических наук, профессору факультета журналистики МГУ Владиславу Антоновичу Ковалёву исполнилось бы 80 лет. Мы попросили его дочь Ирину Владиславовну Толоконникову рассказать об отце.

    — Владислав Антонович был крещёным человеком?

    — Да. Мать окрестила его в младенчестве, несмотря на то, что сама она была атеисткой. Крестили его на приходе в деревне Терешино Смоленской области, где они жили: там невозможно было иначе зафиксировать факт его рождения. Отец был крещён по всем церковным канонам, и его крёстными были жители Терешина. Он не рассказывал, кто они были, но сохранил благодарную память о них.

    — Был ли Владислав Антонович верующим человеком?

    — Да, он был глубоко верующим человеком. Более того, он сам рассказывал, как один священник, занимавший довольно высокий пост в церковной иерархии, сказал ему: «Вы — человек, угодный Богу». И он любил это повторять. Жизнь отца была сложной, были в ней разные испытания и искушения. Бывал он и на грани жизни и смерти (например, в годы войны), но, тем не менее, всегда побеждал. И он, и мы видели в этом Божий Промысел.

    Но обстоятельства его жизни при советской власти не способствовали его воцерковлению. Тем не менее, к Церкви, к её канонам, её обрядам отец всегда относился с глубочайшим уважением. Я помню, как в детстве (в начале 1960-х) я с папой зашла в Троицкую церковь, недалеко от Нового Иерусалима. В храме шла служба. Он снял тюбетейку, в которой обычно ходил, а мне велел надеть косынку. В то время я не была верующей и начала упрямиться, капризничать. На это он мне ответил: «Ты можешь не верить, но уважай чувства других людей». Тогда мне было лет 5-6, но я хорошо запомнила папин совет и впоследствии следовала ему.

    — Любил ли он посещать храм и какой именно?

    — В храмы он заходил — я сама неоднократно видела — но не думаю, что он постоянно посещал какой-нибудь один. Такое уж тогда было время. С особым уважением относился к церковным праздникам, прежде всего к Пасхе. В самые атеистические времена у него возникало «крамольное» желание пойти на крестный ход. Однажды мы — я тогда только из любопытства — хотели пойти на пасхальную службу. Но бабушка (папина мама, яростная атеистка) в корне пресекла наше намерение, мотивируя это в частности так: «Ира, ты же комсомолка». Кстати говоря, думаю, что одной из причин папиного невступления в партию (а ему неоднократно предлагали) было то, что это противоречило его убеждениям, возможно, религиозным, а против убеждений он никогда ничего не делал.

    — Читал ли Владислав Антонович Евангелие, церковную литературу?

    — Думаю, что читал, хотя в те времена это была большая редкость. Во всяком случае, библейские сюжеты он знал хорошо. В последние годы его жизни, совпавшие с началом перестройки, он стал приобретать только начавшие появляться в продаже церковные книги. После его смерти среди его книг и документов я нашла брошюру «Мои первые шаги в православном храме» и ксерокс главы одного из трудов Игнатия Брянчанинова.

    — Следовал ли он заповедям Евангелия?

    — Да, следовал. Прежде всего заповеди: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Он был очень доброжелателен к людям, никогда не был злопамятным; если его «кусали», то он никогда не «кусал» в ответ. Вообще, он был очень терпимым ко всем, в частности к студентам.

    — Пытался ли Владислав Антонович пробудить в студентах интерес к вере?

    — Боюсь, что нет. Слишком строго тогда за этим следили.

    — Воспитывал ли он Вас в Православии?

    — По-настоящему нет. Но, с другой стороны, настраивал меня на лояльное отношение к Церкви. Под его влиянием я решилась крестить свою дочку, и он был её крёстным отцом. Впоследствии и я решила принять крещение. Меня крестили во взрослом состоянии, и, к сожалению, после смерти отца, он об этом не узнал. А может быть, и узнал. Сейчас я очень жалею, что я не похоронила его по христианским правилам, что не надела ему крест на шею, что его кремировали, что отпевание было только заочным.

    — Искал ли Владислав Антонович религиозный смысл в произведениях русской литературы и какие из них ему особенно нравились?

    — «Смерть Ивана Ильича» Льва Толстого. Ведь предсмертные страдания главного героя объясняются тем, что в его жизни не было Бога. И когда он это понял, то на душе его стало спокойно. «Кончилась смерть», произносит Иван Ильич, имея в виду предыдущую (до болезни) жизнь. Ещё отец любил «Сон Макара» В. Г. Короленко, хотя это произведение написано не совсем догматично в отношении Православия.

    — А у Вас какое мнение на этот счёт?

    — «Сон Макара» мне нравился с детских лет. Меня на нём воспитывали. А что касается «Ивана Ильича», то долгие годы я считала его одним из тягомотнейших произведений русской литературы, но после смерти отца изменила своё мнение на 180 градусов. Я согласна с ним, что это один из шедевров Льва Толстого. Ведь проблемы жизни и смерти всегда актуальны.

    Упокой, Господи, душу усопшего раба Твоего Владислава, и прости ему вся согрешения вольные и невольные, и даруй ему Царствие Небесное!

    Вставить в блог

    Поддержи «Татьянин день»
    Друзья, мы работаем и развиваемся благодаря средствам, которые жертвуете вы.

    Поддержите нас!
    Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.

    Яндекс цитирования Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru